II. Школа в годы фашистской оккупации .

Мирная жизнь жителей совхоза была прервана войной.С августа 1942 года по февраль 1943 года территория Адыгеи была захвачена немцами. В совхозе установилась система оккупационного режима. Вся полнота власти была передана коменданту.
Старожилы поселка, а тогда “дети военных лет”: Абалдова Таисия Антоновна, Здоровцова Александра Стефановна, Нестеренко Виктор Иванович, Никитина Людмила Ильинична, Кибкалова Ольга Ивановна помогли нам воссоздать историю школы в период оккупации.
“Дети были охвачены ужасом. Заслышав гул самолетов они прятались под столы и кровати. На территорию поселка было сброшено две бомбы… Однако начальная школа продолжала работать, хотя и были перебои. Плохо одетые, полуголодные ребятишки учились в неотапливаемой школе, но стремились получить знания, потому что знали, знания – это та великая сила, которая поможет одолеть врага. Учителя Радченко Валентина Дометьяновна, Воронкова Софья Михайловна, Стромакова Любовь Романовна, не только учили детей грамоте, но и воспитывали большую любовь к Родине и ненависть к фашистским оккупантам”.
Навсегда запомнили старожилы поселка хрупкую, молоденькую, но бесстрашную учительницу Радченко Валентину Дометиановну и вспоминают как в годы оккупации всегда свои уроки она начинала с сообщения вестей с фронта. Вместе с учениками читала письма земляков-фронтовиков, сами писали письма на фронт, гордились бесстрашием и мужеством своих земляков.
7 ноября 1942 года житель совхоза Рубцов прислал с фронта письмо, которое начиналось словами “Родному Элиту”, в котором он описал героическое сражение советских солдат под Перекопом. Призывал детей горячо любить свою Родину, хорошо учиться и стать достойной сменой своим отцам и дедам… Вместе с учителями школьники ходили по дворам собирали теплые вещи, носовые платки, вышивали кисеты для отправки на фронт. Боевых сражений на территории поселка не было, но немцы несколько раз заезжали, горланя песни. Над поселком постоянно летала “Рама” – немецкий самолет-разведчик. На всю жизнь запомнила Абалдова Таисия Антоновна появление немцев в поселке: “В поселок приехала машина с немецкими автоматчиками. Вслед за ней мчались мотоциклисты. Всех жителей совхоза, в том числе и детей, согнали в местный клуб для представления коменданта. На глазах у всех они разбили прикладами автоматов стекла на портретах Сталина, Молотова, Ворошилова, а затем на самое видное место повесили портрет Адольфа Гитлера. Комендант зачитал свои требования, грозя за непослушание расправой.
В здании клуба в небольшой комнатушке находилась сельская библиотека (библиотекарь Алисова). Комендант приказал вытащить все книги – “большевистскую заразу” на улицу и облив бензином сжечь. В то время к книгам было другое отношение, их берегли и считали настоящим богатством. И когда вспыхнул костер, то детей охватил ужас и отчаяние. Всю ночь горели книги, а перепуганные дети плакали и не могли уснуть…
Коменданту совхоз был подарен в знак “доблестных побед”. Он очень рассчитывал, что завод обогатит его после войны и мечтал восстановить его после оккупации. При этом он понимал, что ему нужны будут грамотные и послушные работники и поэтому неоднократно вместе с переводчиком посещал школу и интересовался учебой и дисциплиной школьников.”
Как вспоминает Никитина Людмила Ильинична: “В годы оккупации была снежная и морозная зима. Ни чернил, ни ручек не было, писали гусиными перьями в старых книгах между строк. В одном классе занимались второй и четвертый класс, а в другом первый и третий. Классы не отапливались, было холодно и неуютно. Постоянно хотелось кушать. Нам давали соевые брикеты, а макуха была просто деликатесом.
Мой брат не ходил в школу, был раздет и разут. И в один из дней маме присылает записку директор школы Воронкова С.К., в которой написано, что если Ваш сын Юрий не будет ходить в школу, то Вы будете наказаны и подписи директора школы и немецкого коменданта. Получив такое грозное предупреждение, мама все же нашла выход, и мой брат стал учиться”.
Другой случай военного времени вспоминает Нестеренко Виктор Иванович:“По автотрассе “Кошехабль-Ходзь” двигалась автоколонна немецких машин. И у одной из них заглох мотор. Мы с мальчишками побежали смотреть. И вдруг выходит из кабины холеный немецкий офицер и идет прямо к нам. Нас сковал ужас. Он брезгливо оглядел нас, а затем подошел к самому маленькому, худенькому мальчугану. Он заметил у него на шее крестик и вдруг протягивает ему плитку шоколада. Мы обомлели и завистью смотрели на друга. А затем убежали назад в школу. Ещё долго мы рассказывали ребятам об этом случае”.
Закончилась война. Демонтированный завод был восстановлен, а значит, нужно было сырье.
У всех детей родители с утра до вечера были на работе. Голодные они буквально засыпали на работе и чтобы не травмироваться пели песни. Школьники с 12-13 лет до прихода в школу, а занятия начинались в 8 часов утра, успевали до зари встать, чтобы собрать розу и заработать хоть немного денег. Особенно тяжело было тем, чьи отцы погибли на фронте. Собрав розочку, дети прибегали домой кушали хлеб смоченный сладкой водой и спешили в школу, чтобы учиться.